Российское образование мирового класса!

Цель Проекта 5-100 – максимизация конкурентной позиции группы ведущих российских университетов на глобальном рынке образовательных услуг и исследовательских программ.

СМИ о проекте


Всероссийские проверочные работы — без паники

27 января 2021 года
Автор: Мария Грибова
Фото: Shutterstock
Источник: КоммерсантЪ

В условиях эпидемиологической ситуации жить и работать всем приходится по-новому. Сегодня не осталось тех людей, которых бы не коснулись изменения. Каждый из нас вынужден приспосабливаться и стараться поддерживать привычный ритм жизни. И в первую очередь перестраиваться пришлось школьникам, а значит, всей системе образования. 

Эксперты из университетов Проекта 5-100 (ЮУрГУ, КФУ, МИСиС, ТюмГУ и Самарского университета им. С. Королева) дают советы, как справится с волнением перед сдачей экзаменов.

Оксана Коневакандидат психологических наук, доцент кафедры «Психодиагностика и психологическое консультирование», ФГАОУ ЮУрГУ (НИУ):

— Начало каждого нового учебного года — эмоционально сложный, а для многих ребят даже стрессовый период. А уж в этом году с удаленкой и самоизоляцией детям тяжело вдвойне. Например, сложно писать Всероссийские проверочные работы (ВПР), проводимые в целях мониторинга результатов перехода на ФГОС. Они необходимы для того, чтобы понять, какие есть пробелы в знаниях, какие темы еще, возможно, нужно подтянуть. И на основе объективных данных помочь учителям и детям (я бы сказала, что еще и родителям) скорректировать программы по учебным предметам. Вроде бы благие намерения.

Главное для учебного процесса — нормально войти в ритм, оценить психологическое и физическое состояние детей, эпидемиологическую обстановку, в которой мы находимся. В период адаптации учеников к школе проведение проверочных процедур нецелесообразно ни физиологически, ни психологически в этот период. И если все же есть необходимость измерить результат удаленного обучения (а то, что все учатся очень по-разному и как умеют, это правда), то это нужно делать, на мой взгляд, не раньше октября. Когда все немного привыкнут (в частности, функциональные системы организма войдут в период приспособления) к школе и успокоятся.

Необходимо отметить, что ситуация проверки — это практически всегда стрессовая ситуация для многих людей. Первое, что необходимо сделать каждому,— принять факт того, что в жизни всего человечества наступил не самый простой период. В состоянии неопределенности человеку, который привык хоть как-то контролировать ситуацию, приходится непросто. Взрослые и дети оказались в новой социальной ситуации. Педагоги, обучающиеся, родители — это те участники образовательных отношений, кто нуждается в психологической поддержке. Легко сказать: «Не паникуйте», и это (ВПР) пройдет... Так еще Соломон говорил! Но как не паниковать? Коллективная паника — это не просто страхи разных людей. Главная ее черта — стремительное заражение. Ребенок — это зеркало проблем взрослых. Такая паника распространяется как настоящий информационный вирус, растет в геометрической прогрессии и приводит к массовым поведенческим нарушениям. Как же помочь в подобной ситуации?

Современная система проверок знаний у детей устроена так, что учеников с четвертых классов уже начинают готовить к процедуре сдачи экзаменов. Дети привыкают к такой системе оценки их знаний и меньше тревожатся. Тут главное, на мой взгляд, родителям не паниковать. А что, если ребенок не получит высокие баллы или его вообще ждет провал? Главная задача родителей — снизить уровень тревожности и у себя, и у детей. Дети к экзаменам относятся гораздо спокойнее, чем родители. Учитесь у детей!

К сожалению, многие родители совершают ошибки в ходе подготовки своего ребенка к таким процедурам. Не стоит относиться к ВПР как к испытанию, которое можно пройти только ценой больших жертв, и прежде всего — ценой здоровья. Подобная установка родителей часто создает дополнительные проблемы у ребенка. Очень часто родители используют запугивание и «страшилки», обещая беды в настоящем и будущем, которые грозят при получении низкой оценки на ВПР. Это плохие помощники в преодолении стресса. Еще одна весьма распространенная родительская ошибка — это сравнивание своего ребенка с более успешными сверстниками, старшими братьями и сестрами, подчеркивание их успехов, положительных качеств. На самом деле, все это редко приводит к желанию победить соперника или «взять с него пример», но чаще всего может просто создать конфликтную ситуацию в семье. Излишняя суета, опека, тотальный контроль и требование интенсивной подготовки, нарушающие режим труда и отдыха («Почему не занимаешься?», «Сколько выучил?», «Почему делаешь не то, а это?»), в основном вызывают раздражение и протест. Родителей часто возмущает желание ребенка прогуляться, отвлечься, пойти в кино или просто поваляться на диване, слушая музыку. Безусловно, усиливает волнение и страх перед ВПР подчеркивание ответственности, которая лежит на плечах ребенка,— перед школой, учителями, родителями. «Мама этого не переживет», «Бабушку это добьет», «Перед родителями будет стыдно» — не те аргументы, которые помогут снять волнение и тревогу.

Важнейший фактор, определяющий успешность ребенка в ВПР,— это психологическая поддержка. Поддерживать ребенка — значит верить в него. Оказывать психологическую поддержку ребенку можно разными способами. Первый способ — продемонстрировать ваше удовлетворение от его достижений или усилий: «Ты уже так многого достиг!» Другой способ — научить ребенка справляться с различными задачами, создав у него установку: «Ты сможешь это сделать!», «Зная тебя, я уверен, что ты все сделаешь хорошо», «Ты знаешь это очень хорошо».

Я считаю, что, обращаясь к личной эффективности в плане проявления ответственности за свои результаты обучения, необходимо определиться с планированием. Для меня это проявление уважения к себе и другим, умение брать на себя ответственность и держать слово. Это возможность делать важные для себя дела, иметь время на семью и свои увлечения. Хотелось бы поделиться секретами тайм-менеджмента, который позволяет расставить приоритеты в учебных делах, определить количество энергии на выполнение дел и сохранить себе настроение. Основная техника — метод планирования: 1–3–5. Как составить план дня по методике? Нужно написать список из девяти дел.

После того как определились со своими насущными делами, разделите их на следующие группы: одно самое важное и сложное дело (например, ВПР), три более мелких и менее энергозатратных дела, пять супермелких дел, которые не потребуют большой энергии. Наши ресурсы имеют ограничение. Если ты сосредоточишься на чем-то одном и важном, ты распределишь под него и время, и свои силы. Как только ты определишь главную задачу, выпиши все этапы ее выполнения: так к цели ты придешь быстрее. Запиши дела, которые занимают мало времени и их можно выполнить в другой день, если нет времени. Такие дела могут переходить из плана в план и в итоге стать важной задачей. Это вполне нормально. Главное — понимать, какое дело в фокусе внимания, а каким можно жертвовать. Рутинные и ежедневные дела не требуют сильной концентрации и сдвигаются на неделе. Можно выделять время для таких задач в течение дня или делать в перерывах между основными делами.

В современном обучении очень востребованным становится формирование способности к самоорганизации в учебной, профессиональной деятельности и способности к самоизменению (адаптации) и саморегуляции. Самоорганизация — это возможность добиться максимального эффекта при наименьших затратах энергии, времени, материалов; правильное использование времени с наибольшим результатом; ясное представление цели, смысла, порядка выполнения, приоритетов работы. Понятия «адаптация» и «самоорганизация» в русле современного обучения очень тесно связаны между собой. От самоорганизации ученика в обучении зависит время адаптации, то есть насколько быстро обучающийся сможет адаптироваться к изменившимся условиям. И наоборот: успешность адаптации влияет на самоорганизацию (саморегуляцию), а значит — на учебные результаты.

На своем примере — мама выпускницы — скажу, что абсолютно убеждена в следующем: если в течение учебного года родители смогли внушить ребенку (да и себе в том числе) уверенность в том, что жизнь его после сложного периода проверок, экзаменов не закончится, что его не перестанут любить, даже если он напишет ВПР, ОГЭ и ЕГЭ на низкие результаты, то подросток будет более спокойным. Поэтому не избегайте общения во время учебы, стрессовых ситуаций, идите навстречу ребенку, спрашивайте его и предлагайте варианты помощи. Но при этом дайте четко понять, что экзамены и учеба — это зона его ответственности.


Иван Грибков, кандидат исторических наук, доцент кафедры социальных наук и технологий НИТУ МИСиС, учитель высшей квалификационной категории:

— Независимые мониторинги содержания и результатов обучения, которые в настоящее время реализованы в формате ВПР, совершенно необходимы. Но эти проверочные работы ни в коем случае не должны влиять на выставление текущих оценок, а быть именно средством мониторинга, диагностики и коррекции. Возможно, стоит уйти от планирования ВПР, чтобы избежать мероприятий по «подготовке к ВПР». ВПР должны стать системой фиксации среза знаний, интересной и полезной для участников образовательного процесса, а не очередной контрольной работой, которая закономерно не вызывает радости.

Тут возникает закономерный вопрос: какие знания мы хотим проверить? Знания или навыки? Тестовая форма в широком смысле является универсальным и самым удобным способом проверки знания фактов. А вот проверка умения использовать факты, пользоваться знаниями и оперировать полученными навыками — это уже задача, для решения которой надо использовать другие инструменты.

Одним из способов проверки кругозора могут стать метапредметные олимпиады, которые успешно применяются для диагностики навыков учителей. Прекрасным способом оценивания и одновременно ухода от цифрового формата оценивания может стать проектная работа, когда учащиеся выполняют сквозной проект, для которого необходимо изучение большого объема информации. В данном случае учителю придется изменить свою роль, став не источником знания, а экспертом и модератором работы. В определенном формате можно использовать перекрестное оценивание и рецензирование, в том числе анонимное и закрытое. Понятно, что обучение этому должно начинаться уже в младшей школе.

Мне кажется, нужно уйти и от жесткой привязки ВПР ко времени проведения. Можно создать специальные центры, куда каждый учащийся мог бы иметь возможность прийти и сдать проверочную работу, получить сертификат, предъявить его учителю и школе. Такая же система сейчас действует, например, в отношении физкультуры для детей, занимающихся в спортивных секциях.

Нужно помнить, что как раз современная система включает в себя понятие SMART-критериев, которые применяются как к целеполаганию, так и в системе педагогического дизайна. Среди этих критериев есть и Measurable — измеримость. Кроме того, потребность в оценке, сравнении себя с другими входит в известную иерархию потребностей Маслоу. Оценка — это также способ фиксации своего прогресса по сравнению с прежним уровнем. Само собой, для этого оценка должна быть объективна, то есть обоснована, иметь четкие критерии измерения. Очевидно также, что все это имеет мало общего с «карательной» функцией, с которой часто в сознании общества связана школьная оценка.

Но оценка не должна быть единственным средством оценивания. Если учитель меняет свою функцию на ментора, модератора или эксперта или привлекает внешних акторов для этого, то способом оценивания может стать консультация, рецензия и т. д.

Мне кажется, школа будущего — это прежде всего школа, которая уйдет от классно-урочной системы и жесткой дисциплинарности к индивидуальным образовательным траекториям, профилизации и формированию метанавыков. Само собой, это невозможно без массового внедрения в школьное образование цифровых инструментов, которые de facto уже проникают в школу. На смену «запрету на использование гаджетов» придет технология BYOD (bring your own device). Основными станут курсы, направленные на развитие компетенций, необходимых в сложном обществе растущей неопределенности. Ядром этих компетенций будущего станут эмоциональный интеллект, способность к постановке целей и их достижению, к саморефлексии, ориентация на развитие. Хорошим примером подобных курсов может послужить курс «Персональная эффективность», который мы реализуем в НИТУ МИСиС, направленный как раз на развитие экзистенциальных (ориентация на развитие, управление вниманием) и кросс-контекстных (тайм-менеджмент, работа в команде) навыков.


Наталья Калацкая, доцент кафедры педагогики Института психологии и образования КФУ:

— Сначала попробуем ответить на вопрос, для чего вообще в образовательную практику ввели ВПР. Когда в 2014 году по инициативе Рособрнадзора были введены два проекта — «Национальные исследования качества образования» (НИКО) и «Всероссийские проверочные работы» (ВПР), разработчиками двигали значимые причины.

Во-первых, до 2014 года школы сами проверяли, как ученики освоили конкретный предмет. Учащиеся писали контрольные работы в конце учебного года по некоторым дисциплинам. Следует заметить, что контрольные работы составляли, выбирали уровень сложности заданий и оценивали учителя школ самостоятельно. С введением федеральных государственных стандартов требовалась унификация контрольных заданий, а также прозрачность процедуры проверки. Поэтому Всероссийские проверочные работы (ВПР) — практика, призванная наладить регулярную проверку уровня знаний школьников на соответствие федеральным государственным образовательным стандартам.

Во-вторых, опыт зарубежных стран свидетельствует о том, что система аккредитации, использование методов оценивания деятельности образовательных учреждений, аппарата и средств педагогических измерений позволяют реально управлять образовательным процессом и принимать эффективные управленческие решения, способствующие повышению качества образования. Поэтому введение ВПР способствует на федеральном уровне развитию единого образовательного пространства в Российской Федерации, формированию единых ориентиров в оценке результатов обучения, мониторингу введения федеральных государственных образовательных стандартов. На региональном уровне ВПР способствуют диагностике качества образования, формированию программ повышения квалификации учителей. На школьном уровне ВПР позволяют провести самодиагностику, принять решение по повышению квалификации учителей, повышению информированности обучающихся и их родителей об уровне подготовки школьников.

Что же дает ВПР родителям и школьникам? Они могут увидеть проблемные зоны, запланировать повторение, получить ориентиры для построения образовательных траекторий. Несмотря на то что задания ВПР разрабатываются лучшими специалистами с учетом российского и мирового опыта, в варианты Всероссийских проверочных работ включаются задания, проверяющие наиболее значимые и важные для общеобразовательной подготовки учащихся элементы по каждому учебному предмету. Также не используются задания с выбором ответа из готовых вариантов, задания составляются в формулировках, принятых в учебниках из федерального перечня, рекомендованного Министерством образования и науки РФ для использования в школах, выставлять отметки учащимся за выполнение ВПР школам не рекомендуется.

ВПР не являются обязательными, школа сама решает, проводит она их или нет, мы можем встретить критические замечания как со стороны родителей, детей, так и учителей школ. Как говорится, «благими намерениями…». Дело в том, что ВПР не всегда составляют по учебным пособиям, рекомендованным Министерством образования. В билете встречаются задания по темам, которые не изучались школьниками в предыдущий период времени, кроме того, в контрольные материалы могут входить задания из разных учебных программ. Поэтому иногда школе приходится специально менять учебники, чтобы успеть подготовиться к ВПР. Школьники часто не готовы к формату представления заданий, не знают, как с ними работать, как записывать ответы. Учителя отмечают, что подготовка к ВПР отнимает много времени, которого по факту и так не хватает, ведь количество часов, отводимых на изучение учебной дисциплины, не увеличивается.

В свете последних событий, когда всех нас захватила ковидная волна, ВПР воспринимаются как дополнительный стрессовый фактор для учащихся, родителей и учителей. Таким образом, можно говорить о важности ВПР как процедуре мониторинга качества образования, но требуется серьезная доработка процедуры проведения ВПР, добровольность проведения ВПР школами, а также «смягчающих» мер проведения внутришкольной системы мониторинга качества образования в условиях неопределенности.


Лариса Баянова, профессор, завкафедрой педагогической психологии ИПО КФУ:

— Социальная норма оценки учебы такова, что это деятельность, в которой формируются навыки, умения, компетенции и приобретаются знания. Кто заинтересован в том, чтобы оценить уровень сформированности результатов учебной деятельности? Прежде всего — родители, затем — экспертные органы, которые находятся вне школы (отделы образования), педагоги и руководство школ. За оценками ВПР стоит качество обучения, поэтому, оценивая результаты ВПР, оценивают и школу. Что касается учеников, то для них ситуация проверки — момент эмоционально напряженный и в силу этого обстоятельства — нежелательный. Думаю, что в современном мире важно сформировать релевантное отношение детей к будущим условиям жизни в реальности. А условия эти таковы, что успешными становятся те, кто имеет компетенции и готов к конкуренции. ВПР — это та ситуация, которая в определенной степени проецирует запрос на эти два условия. При этом хотелось бы, чтобы детство у детей как ценность оставалось в определенных разумных границах, то есть ВПР начинать где-то лет с 14–15, не раньше.

Вопрос о школе будущего — это очень непростой вопрос. Думаю, что без оценивания результатов школа, вероятнее всего, не обойдется. Другое дело, что оценка будет как-то развиваться в сторону качественных, а не количественных характеристик: от отметки к оценке, от оценки к развивающему оцениванию на основе развития самооценки учеником своих достижений.


Гил Ноам, профессор, директор Исследовательского института (PEAR Institute) Гарвардского университета (США), постоянный участник Международного форума по педагогическому образованию, проходящего в КФУ:

— Сегодня уже не может быть стандартного классического подхода к обучению, когда педагог дает какие-то знания, а ребенок просто их потребляет. В Гарвардском университете, где я работаю, мы развиваем личностно ориентированный подход к обучению, используя для этого компьютерные технологии. Но это не значит, что можно заменить учителя машиной.

Школа прошлого известна, школа настоящего тоже известна. Надо думать о том, какой должна быть школа будущего. И в этом отношении обращение к исследованиям разных педагогов, думавших о том, как изменить школу, может стать весьма продуктивным.


Альбина Дроздикова-Зарипова, доцент кафедры педагогики ИПО КФУ, об оценках:

— В системе образования обойтись без оценок нельзя, так как оценка есть определение качества достигнутых школьником результатов обучения. В свою очередь, отметка — это способ фиксирования результатов измерения и оценки с тем, чтобы сообщить ее заинтересованным лицам. Следовательно, речь должна идти о возможностях применения безотметочной системы обучения как системы отражения качественного результата процесса обучения учащихся без использования количественного выражения результата оценочной деятельности.

Более того, в соответствии с ФГОС в первом классе исключается система балльного (отметочного) оценивания. Вместе с тем многие учителя переходят к использованию другой знаковой символики, заменяющей цифровую отметку (звездочки, солнышки и пр.), или же используют традиционную систему оценивания без фиксации результатов в электронном журнале.

При безотметочном обучении используется языковая дескриптивная (описательная) оценка, и любая учебная деятельность учащихся охарактеризовывается педагогами, исходя только из достигнутых результатов и достижений учащихся. В основе безотметочного обучения лежит самооценка ученика. Главный смысл самооценки заключается в самоконтроле обучающегося, его саморегуляции, самостоятельной экспертизе собственной деятельности. При таком обучении используются средства оценивания, которые, с одной стороны, позволяют зафиксировать индивидуальное продвижение каждого ребенка, с другой — не провоцируют учителя на сравнение детей между собой, ранжирование учеников по их успеваемости. Это могут быть условные шкалы, на которых фиксируется результат выполненной работы по определенному критерию, различные формы графиков, таблиц, дневников развития различных навыков, в которых отмечаются уровни учебных достижений ребенка по множеству параметров. Все эти формы фиксации оценивания являются личным достоянием ребенка.


Наталья Иванушкина, завкафедрой педагогики Самарского университета имени Королева, к.п.н., доцент:

— Я считаю, что в таком формате, как они проводятся, ВПР в школе не нужны. Такой вариант отчетности школ о количестве обучающихся разных ступеней (только не об уровне их знаний и умений) показал свои проблемы, не успев как следует «обосноваться» в образовательных учреждениях. Это очень большая психологическая нагрузка на всех участников образовательного процесса (на детей, их родителей, учителей). Постоянное стрессовое состояние, в котором находится наша школа, не дает спокойно работать и учиться. Зарегулированность учебного процесса не дает подходить к учебному процессу с инициативой, творчески, добиваясь высоких результатов знаний и умений обучающихся, а не баллов и показателей.

Традиционная и инновационная педагогика имеет большой арсенал методов контроля знаний и умений обучающихся. Например, традиционная форма сдачи экзамена (по билетам), зачеты как в строго академическом стиле, так и с элементами игры, семинар — одна из активных форм контроля знаний. Все эти методы контроля знаний и умений обучающихся, а также, безусловно, тестирование могут быть использованы при организации занятий на образовательных платформах (Edmodo, Moodle и др.).

В истории педагогики есть примеры применения безоценочной системы знаний (в традиционном ее понимании), которые показывают невозможность ее существования. Школа будущего — это школа, в которой адекватно сочетаются традиционные и инновационные методы и формы обучения. Например, мне очень импонирует авторская школа Евгения Александровича Ямбурга. Это школа, «где каждый ребенок независимо от своих способностей и индивидуальных особенностей УСПЕШЕН» (Е. Ямбург).


Ирина Сурская, преподаватель кафедры математики НИТУ МИСиС, учитель математики в школе имени Маршала Чуйкова на юго-востоке Москвы:

— По моему мнению, ВПР в том формате, в котором они сейчас проводятся, не нужны. В разных школах у детей разный уровень знаний и подготовки: некоторым с трудом даются азы предмета, а другие с легкостью отвечают на любой вопрос. После результатов ВПР делаются анализ и соответствующие выводы об уровне преподавания в данной образовательной организации в целом, хотя, как мы понимаем, не всегда только учитель виноват в недостаточных знаниях ученика. Также ВПР не учитывают вариативность программ и учебников. Говоря о ВПР, необходимо учитывать, что для успешного написания накануне желательно с учениками повторить пройденный материал, а это значит, что нужно прервать изучение текущих тем и потом догонять и восполнять пропущенное в ускоренном темпе, что может сказаться на качественном усвоении материала. Кроме того, во время проведения ВПР на учителей ложится дополнительная нагрузка по проведению и отчетности.

Знания проверяются у учеников регулярными контрольными мероприятиями на уроках. Также можно проводить ежегодные годовые и/или полугодовые (за исключением 11-го класса) контрольные работы с различными уровнями сложности заданий или адаптированные под программу данного класса. Оценка знаний должна быть, она может быть разной — это могут быть не только отметки, но и баллы, но без этого в системе образования не обойтись. Для того чтобы воспитать грамотное, думающее поколение, необходимо не проводить тесты и не загонять всех учеников в единые шаблоны, а, наоборот, вести практически индивидуальную работу с каждым, выявлять его сильные и слабые стороны, помогать в развитии и учитывать его интересы. К сожалению, тенденция в образовании последних лет совершенно другая, противоположная тому, что хотелось видеть и иметь в будущем.


Галина Морева, доцент кафедры общей и социальной психологии ТюмГУ:

— Отвечаю как психолог, педагог высшей школы, а не как чиновник, который разрабатывает и обосновывает необходимость такой формы контроля. ВПР в школе не нужны. На мой взгляд, достаточно годовых контрольных работ, поскольку установка на то, что это очень важная форма, повышает напряжение у учащихся, повышает тревогу. Подготовка к ВПР в течение года приводит к тому, что формируется главным образом механическая память за счет решения однотипных, по сути, задач. Как следствие, недостаточно времени уделяется на развитие важных характеристик мышления: гибкости, самостоятельности, глубины. А школа должна учить думать!

Без оценок обойтись нельзя. Оценка как процесс сравнения знаний ученика с некоторым идеалом нужна, поскольку позволяет ориентироваться ученику в своих проблемах, указывая на ошибки или достоинства. К сожалению, учителя часто пользуются формальной отметкой, которая лишь говорит, что со знаниями, умениями, навыками у детей проблема, а в чем проблема, отметка не говорит.

Школа будущего — школа, где дети будут учиться, потому что это будет им интересно, понятна значимость знаний, где у них будет способность думать, творить, выбирать… Тогда не нужны будут никакие ВПР, потому что знания будут точно: глубокие, осмысленные! Полагаю, что это длительный процесс, в котором нужно оторваться от формализации требований к учителю, ученикам.

Подготовлено при поддержке «Проекта 5–100»

Оригинал статьи: https://www.kommersant.ru/doc/4661735