Российское образование мирового класса!

Цель Проекта 5-100 – максимизация конкурентной позиции группы ведущих российских университетов на глобальном рынке образовательных услуг и исследовательских программ.

СМИ о наc


Выше в образовании. Каковы шансы российских вузов на лидирующие позиции в международных рейтингах

04 февраля 2016 года
Автор: Наталья Петрова
Фото: Университет ИТМО
Источник: Коммерсант-Власть

Соперничество между вузами существовало всегда. Но более привычной обычно считалась конкуренция между абитуриентами — вступительный конкурс был основным индикатором престижа учебного заведения. Спрос рождал предложение и обеспечивал стабильную педагогическую, научную и административную деятельность. Появление и популяризация международных рейтингов сместили фокус внимания. Волна негодования от оценки российского образования зарубежными авторами-составителями того или иного рейтинга сначала сменилась рациональным анализом методологии этих рейтингов и созданием собственных. А затем — кооперированием с исследовательскими компаниями и координированием собственной активности. Сейчас едва ли найдется вуз, который не упоминает свое место в ранжированном ряду ведущих научно-образовательных центров в качестве достижения.

Десять-двенадцать лет назад, когда рейтинги только появились, российские вузы жили обособленной жизнью. Самодостаточность системы, полученная в наследство от советского периода, позволяла им быть интернациональными по желанию. Привлечение иностранных преподавателей или организация обменных студенческих практик были имиджевыми аспектами, а не показателями эффективности вуза. К участию в зарубежных исследованиях, не связанных непосредственно с наукой, вовсе относились безразлично, поэтому инициатива включения наших вузов в международный рейтинг изначально исходила от самой компании. МГУ им. М. В. Ломоносова несколько лет участвовал в рейтинге Times Higher Education — Quacquarelli Symonds (THE-QS) заочно, на основании данных, находящихся в открытых источниках. Но если первый вуз страны известен за рубежом и на него ссылались другие респонденты (по этой причине МГУ и учитывали при ранжировании), то другие оставались в тени.

Интерес к рейтингам возрастал по мере выявления их плюсов. Во-первых, рейтинги способствуют увеличению узнаваемости учебного заведения за пределами региона, что может обеспечить приток иностранных слушателей. Это выгодно и экономически — плата за обучение нерезидентов, как правило, выше в несколько раз, и политически — поскольку их количество является одним из критериев оценки вуза при составлении рейтингов. Во-вторых, это линейка роста, показывающая, в какой точке находится университет и сколько нужно прибавить до лидерства. Шанхайский академический рейтинг так и возник: для измерения разрыва между китайскими вузами и вузами мирового класса. Кроме того, рейтинги — это система координат для определения "своих" и "чужих" в контексте потенциального партнерства в условиях глобализации. Безвозмездное сотрудничество осуществляется по горизонтали, а в случае взаимодействия с научно-образовательными центрами более высокого уровня неравное положение приходится компенсировать денежными средствами. Массачусетский технологический институт США в случае подобных мезальянсов запрашивает более $100 млн. По крайней мере, такой порядок сумм выделялся на его участие в усовершенствовании работы образовательных программ в Сингапуре и открытии Сколковского института науки и технологий.

С участием в рейтингах дел у сотрудников вузов прибавилось. Не пропустить сроки подачи заявок, собрать все необходимые статистические данные, изучить методологию оценок, составить список лояльных экспертов, предлагаемых для участия в опросе, предварительно получив от каждого одобрение на предоставление данных. "Процесс достаточно трудоемкий, хотя и не имеет больших отличий от подготовки любого другого отчетного документа. Но ему нужно уделить время, причем сотрудникам разных служб университета, и в первый год не все осознают, для какой цели. После появления результатов становится понятнее и проще",— говорит Анна Ткачик, начальник отдела международной аккредитации РЭУ имени Плеханова в 2010-2012 годах.

На сегодняшний день насчитывается более десяти международных рейтингов университетов (см. таблицу "Основные международные рейтинги университетов"). Общие мировые рейтинги дополняются вычислением лучших вузов по предметным областям и экономико-географическим регионам. Уже существует экспертная группа, занимающаяся проблемами международного ранжирования (IREG), которая разработала "Берлинские принципы..." для составления мировых рейтингов. Среди 16 постулатов: "быть одним из множества способов оценки ресурсов, процессов и результатов, связанных с высшим образованием", "рассматривать образовательные системы с учетом культурно-исторического контекста", "обладать понятной методологией", "принимать меры по увеличению доверия к результатам".

Три рейтинга успели получить определение классических. Это Академический рейтинг университетов мира (ARWU), Мировой рейтинг университетов QS и Мировой рейтинг университетов THE. Разработчики первого делают основной акцент на количестве нобелевских и филдсовских лауреатов среди выпускников и сотрудников вуза — 30% от общей оценки. В дополнение к нему выявляют лучшие вузы по определенным предметам и научным дисциплинам. У QS и THE отношения между собой сложные. C 2004 по 2009 существовал проект THE-QS. Британская компания Quacquarelli Symonds сотрудничала с газетой The Times, и до 2010 года они проводили совместное ранжирование и публиковали результаты в приложении о высшем образовании. После того как The Times решила модернизировать рейтинг и стала партнером медиаагентства Thomson Reuters, QS осталась в гордом одиночестве с апробированной методикой и оформленным патентом.

Quacquarelli Symonds имеет более богатую палитру исследований: 11 исследований против 6 у The Times (см. "Сравнение иследований рейтингов QS и THE"). Провайдер даже вычисляет лучшие города для студенчества. По версии 2015/2016 года из всех российских городов только Москва удовлетворяет критериям, находится на 43-м месте и уступает Лос-Анжелесу три позиции. Также QS разработала отдельное направление — присвоение звезд вузам (QS stars). Изучая вуз более чем по 30 критериям, учитывая качество инфраструктуры и организацию досуговой деятельности, компания присуждает ему персональные баллы и присваивает от одной до пяти звезд. Российские вузы, участвующие в этом дополнительном исследовании, в основном трехзвездочные, то есть имеют менее 550 баллов из возможных 900. В конце 2015 года Плехановский университет вырвался вперед, получив четыре звезды.

Считается, что рейтинги The Times выигрывают в методологии, поскольку основное исследование выглядит более дифференцированным — оно учитывает 13 показателей, составляющие пять групп (QS оценивает по шести группам), и редуцирует значение субъективных оценок. Дело в том, что в общем рейтинге QS большое внимание уделяется так называемому репутационному компоненту: 50% от конечного результата составляют данные опроса академического сообщества и работодателей. В рейтинге THE он снижен до 34,5%, составленных из мнений экспертов об уровне преподавания и научно-исследовательской деятельности. Кроме того, The Times вынесла исследование репутации в отдельное ранжирование — World Reputation Rankings, основанное только на опросе и исключающее остальные критерии.

В мировом рейтинге университетов THE особое значение придается индексу цитирования — 32,5% против 20% у QS. Для его расчета до последнего времени использовались разные базы данных. The Times черпала материал из Web of Science, которая поддерживается Thomson Reuters, а Quacquarelli Symonds отказался от ее услуг еще в 2007 и с тех пор привержен базе Scopus от компании Elsiever. Но в 2015 году оба рейтинга вышли при поддержке последней. Смысл их работы примерно одинаков и заключается в агрегировании библиографической информации научных публикаций и их цитировании. Каждая задает высокую планку изданиям для вхождения и требует от пользователей платной подписки. Изначально базы были созданы как инструмент поиска авторов и исследуемых тем, но широкую популярность получили в качестве "поставщика" информации для мировых рейтингов. Scopus охватывает порядка 20 тыс. научных журналов, Web of Science — 12 тыс. (списки в обеих регулярно пересматриваются). Продукция Elsiever больше ориентирована на сотрудничество с российскими изданиями, о чем говорит количество индексируемых журналов: 350 в Scopus и 160 в Web of Science. "Решение Times использовать Scopus, скорее всего, продиктовано желанием охватить больше периодики, в том числе не англоговорящего мира, и тем самым упрочить свои позиции в нем,— полагает Олег Соловьев, редактор международного рейтинга университетов Round University Ranking агентства RUR, также занимающегося продвижением рейтингов THE в России и СНГ.— Но на взаимоотношения с QS это едва ли повлияет. Scopus — инструмент сбора части информации. Цитирование же в любом случае считается по-разному. Не говоря уже о том, что статистическая информация и данные репутационного опроса провайдерами обоих рейтингов собираются самостоятельно".

Три рейтинга ARWU, QS и THE являются интегральными: на основе нескольких критериев и их удельного веса выводится суммарный результат, выраженный условной единицей. Именно этот фактор и вызывает множество замечаний, поскольку при использовании других пропорций итог может кардинально отличаться. В 2014 году вышел рейтинг U-multirank, разработанный немецким Центром высшего образования (CHE), голландским Центром по изучению политики в области высшего образования (CHEPS) и финансируемый Еврокомиссией. Он многомерен и не сводит данные к единому индикатору. На его сайте можно найти четыре отдельных рейтинга: научно-исследовательской деятельности, качества преподавания, международной направленности, задействования в экономических процессах, и в каждом из них вуз соответствует одной из пяти букв латинского алфавита, где "А" — очень хорошо, а "Е" — слабо. Тем самым разработчики не берут на себя смелость определить, какая область в функционировании университета важнее. Это право остается пользователям. Рейтинг вообще заточен под удобство потребителей: если абитуриент определился с направлением обучения, но не знает, в каком конкретно вузе пробовать свои силы, то система фильтров поможет сделать выбор. Например, если он хочет стать магистром физики в большом, неспециализированном университете в любой стране, при этом ему все равно, сколько исследований в университете проводится, соизмеряет ли он свою деятельность с международным сообществом и насколько влиятелен в регионе, то сайт предложит 98 вузов, два из которых российские. А если три перечисленных признака окажутся все-таки важны, то остается только пять, но один все же отечественный.

U-multirank — совсем новый проект, претендующий на лидерские позиции. В настоящий момент он охватывает не так много университетов по всему миру — в районе тысячи ("большая тройка" учитывает в два-три раза больше). Камни в его огород уже летят в связи с тем, что он скорее подробный справочник, чем рейтинг, потому что не отвечает на вопрос "кто образец?". Тем более поиск объективности продолжается новыми игроками, в числе которых журнал U.S. News со своим Рейтингом лучших мировых университетов, Международный совет ученых (ICS) со Всемирным профессиональным рейтингом университетов. Глобальную открытость вуза, его включенность в мировой научно-образовательный процесс с успехом замеряет Webometric с помощью интернет-ресурсов. Он считает внешние ссылки, ведущие на основной сайт, проиндексированные в поисковых системах страницы, количество содержательных выложенных файлов и цитирование. Если интересует сугубо научная деятельность, то такой запрос удовлетворяет Лейденский рейтинг университетов, который сконцентрирован на влиянии и сотрудничестве в этой области.

С возникновением международных рейтингов образование перестало быть сугубо внутренним делом страны. Уровень образования отслеживается ООН с помощью индексов грамотности взрослого населения и совокупной доли учащихся в каждом государстве. Но это диагностика доступности обучения. В конце 1990-х появилось ранжирование образовательных систем по степени эффективности (например, Universitas 21). Качество образования стало раскладываться на составные части и измеряться количественно.

Рейтинг университетов — индивидуальная гонка, но не менее интересен и общекомандный результат. Непричисление флагманских университетов страны к ведущим в мире снижает их значимость в научно-образовательной сфере и сказывается на репутации в целом. Грамотная маркетинговая стратегия разработчиков подобных исследований принесла авторитет, а многокритериальность и унификация для всего международного пространства позволила говорить о высоком уровне объективности подобных сопоставлений.

В мае 2012 года президент России издал указ: "обеспечить вхождение к 2020 году не менее пяти российских университетов в первую сотню ведущих мировых университетов согласно мировому рейтингу университетов". Уточнений нет, имелся ли в виду какой-то конкретный рейтинг, должны ли все вузы числиться в одном, сочтутся ли выполненной задачей позиции в мировом рейтинге университетов по предмету или научной области. Было решено выделить субсидии в целях повышения конкурентоспособности высшей школы на международном рынке и запустить проект повышения конкурентоспособности ведущих российских университетов среди ведущих мировых научно-образовательных центров "5-100". Для участия в проекте "5-100" заявки подавали бюджетные вузы, соответствовавшие определенным критериям (см. "Критерии отбора российских вузов для участия в проекте "5-100"). МГУ и СПбГУ по причине особого статуса и финансирования по отдельной от других университетов статье расходов бюджета в конкурсе представлены не были.

За время существования федеральной подпрограммы "Развитие профессионального образования" суммарно было выделено почти 29 млрд руб. на мероприятия по укреплению позиций 15 отобранных вузов. В конце октября 2015 года список пополнился еще шестью университетами, также подлежащим субсидированию с 2016 года. Попавшим во второй тур конкурса, но в итоге не выигравшим его четырем вузам министр образования Дмитрий Ливанов обещал предоставить внеочередную поддержку. В связи с увеличением количества участников конкурса правительство постановило поднять размер инвестиций до 14,5 млрд в год с последующим распределением согласно отдельному распоряжению. "Наша заинтересованность как вуза, уже имеющего студентов из 150 стран мира, участвовать в проекте вполне естественна. Теперь появляется возможность сосредоточиться на качестве отбираемых иностранных учащихся. В нашей программе развития для этого предусмотрена целая система, в том числе проведение олимпиад за рубежом",— прокомментировал "Власти" вхождение в состав проекта "5-100" ректор РУДН Владимир Филиппов.

На данный момент большие надежды связываются с 21 учебным заведением (см. "Участники проекта "5-100"), но перечень может быть и изменен. Например, неоднозначная ситуация сложилась с Санкт-Петербургским государственным электротехническим университетом. Ознакомившись с планом развития вуза, в 2014 году министерство сочло его непривлекательным для иностранной аудитории и рекомендовало произвести ребрендинг. Прилагаемые университетом усилия оказались недостаточными, и вуз не получает желаемого сверхфинансирования уже два года подряд. Да и смысл существования самого проекта недавно был поставлен под вопрос. Первый зампред комитета по образованию Госдумы Владимир Бурматов потребовал от Счетной палаты провести проверку средств, выделяемых для укрепления позиций российских университетов. В условиях кризиса такая озабоченность вполне обоснованна. Но не исключено, что в деле замешан личный конфликт, который начался с истории о плагиате в кандидатской диссертации депутата. Несмотря на то, что депутат Бурматов восстановил свое честное кандидатское имя и по суду получил денежную компенсацию, он продолжает вести кампанию против министра Ливанова, инициировавшего борьбу за чистоту присуждения научных степеней. После этого попытки обвинить министра в различных финансовых махинациях стали регулярными, а издержки проведения ЕГЭ в версии депутата отождествляются исключительно с определенной фамилией. В итоге результативность проекта "5-100" теперь будет обсуждаться на парламентских слушаниях.

Цель вхождения нескольких вузов в топ-100 весьма амбициозна, учитывая, что в настоящий момент ни один российских вуз не дотягивает до высшей лиги общих рейтингов. Два года существования проекта и миллиарды выделенных рублей на форсированное развитие вузов кардинальных изменений не принесли. И не могли принести. Международные рейтинги — это история не про PR, хотя используется и для него, а про реальность: важно не впечатление, а конкретные действия, которые оцениваются. В них разработана система "защиты от дурака" — начальные условия участия (см. "Обязательные условия для вхождения в некоторые рейтинги"). Организационные изменения не происходят мгновенно, будь то наличие иностранного контингента или совместные исследования. При этом лидеры топ-100 не стремятся уступить свои места российским вузам.

Основной результат, который уже принесла государственная подпрограмма, это увеличение присутствия российских вузов в международных рейтингах. Дело не в том, что сами разработчики за эти годы сдвинули планку (THE в 2012/2013 годах включал в рейтинг 400 вузов, сейчас — 800; QS: 2012/2013 годах — 500 вузов, сейчас около 900) — по старым меркам увеличение присутствия российских вузов также наблюдается (см. "Количество и позиции российских вузов в основных мировых рейтингах университетов в 2012-1016 гг."). Но в готовности заявить о себе на глобальном уровне и пробовать свои силы. В этом смысле проект "5-100" эффективен. Он обеспечивает участие в международных образовательных выставках, проведение стажировок административных сотрудников вузов за границей, запуски программ обменов, что увеличивает интернационализацию и улучшает репутацию. Регулярные семинары и конференции, которые проводятся с представителями компаний-разработчиков, позволяют точнее понять нюансы рейтингов, оценить свои перспективы и осознать недостатки. Согласно данным официального сайта проекта, мероприятия с привлечением иностранных экспертов в течение прошлого года проводились в среднем два-три раза в месяц. В университетах начали развивать фандрайзинг и оптимизировали работу электронных ресурсов. Проректор Казанского ФУ по вопросам экономического и стратегического развития Марат Сафиуллин утверждает, что "5-100" способствует концентрации усилий, и от того становятся очевидны результаты: растет объем и качество публикационной активности, укрепляется сотрудничество с бизнес-компаниями. "За последний год в рамках реализации "дорожной карты" университет пополнился 65 учеными с высокими наукометрическими показателями, а также более чем сотней молодых постдоков из ведущих зарубежных и российских научно-исследовательских центров",— рассказал "Власти" господин Сафиуллин.

В предметных рейтингах у России уже весьма неплохие показатели (см. таблицу "Распределение мест российских вузов предметных рейтингах QS, THE, ARWU"). В совокупности российские вузы держат за собой 53 места в предметных рейтингах трех основных провайдеров, 15 из которых относятся к топ-100. Основным элементом этой картины продолжает быть МГУ, который борется за преодоление рубежа и в гуманитарных областях, например в философии, политологии, теории коммуникации. "Университет не строит планов насчет рейтингов, и мы не думаем, что нужно подстраиваться под показатели. К высоким позициям приводит скоординированность работы по всем направлениям деятельности. В том числе активизация взаимодействия с мировой общественностью: до выхода академических публикаций издаются материалы, изложенные научно-популярным языком",— пояснил "Власти" заместитель начальника управления инновационной политики и международного сотрудничества МГУ Леонид Гусев.

В рейтинге THE БРИКС и развивающихся стран 2016 года российские вузы занимают 11 мест из ста, и только три из них не относятся к проекту "5-100". QS БРИКС 2015 года присвоило российским вузам 20 позиций в топ-100, 13 из которых отданы участникам проекта. Региональный директор QS в Восточной Европе и Центральной Азии Зоя Зайцева подтверждает положительную динамику в развитии российских университетов, но при этом выражает сомнение, что задачу по вхождению пяти вузов в лидирующую сотню мирового рейтинга к 2020 году удастся решить: "Ни один из тех вузов, что входит в топ-100 QS World University Rankings, ни разу не опускался ниже 300-го места. А все российские участники проекта "5-100" находятся пока именно там. Однако если мы рассматриваем предметные или региональные рейтинги, то задачу можно считать вполне осуществимой". Госпожа Зайцева также отмечает рост информирования иностранных студентов о возможностях обучения в России, хотя судить о конкурентоспособности отечественных дипломов на мировом рынке труда считает преждевременным: "Главное, чтобы руководство страны понимало: подобного рода проекты в образовании — это не спринт, а марафон, нельзя ожидать прорывных результатов за пару лет".

Составление международных рейтингов университетов — это самостоятельная индустрия, которая основывается на объективно соизмеримых показателях и подчиняется законам бизнеса. Сейчас внимание к рейтингам обеспечивается стремлением доказать значимость российского образования и опровергнуть превосходство англо-саксонской школы. Поскольку вузы сконцентрированы на научно-образовательной деятельности, к этому процессу подключаются другие субъекты. В том числе государственные органы, заинтересованные в успехе по внешнеполитическим причинам. Точечное воздействие расшевелило систему высшего образования нашей страны, задав импульс к преодолению самоцентричности и определив новых лидеров. Российский национальный проект по поддержке определенных государственных вузов уже дает результаты, хотя сможет ли он решить главную задачу — большой вопрос.

Обязательные условия для включения в некоторые рейтинги

ARWU — наличие нобелевских лауреатов или филдсовских медалистов

Лейденский рейтинг (2015) — наличие публикаций в ведущих научных журналах на английском языке за 2010-2013 годы

THE (до 2015 года) - наличие не менее 1000 публикаций, индексируемых в Web of Science за предыдущие 5 лет

Оригинал статьи